Это и решило дело. Не видеть никого, ни с кем не дышать одним воздухом, но наблюдать за тем, как стираются все вехи истории, как становятся пылью «вечные» города, как планета очищает свое тело от коросты… Я выбрал жизнь среди призраков, для которой равно незначительны прошлое и будущее и грань между ними стерта.

Буквально в ту же минуту, когда я дал свое согласие, буря непонятным образом внезапно улеглась, и уже через час я поднялся на борт неведомого корабля, который стоял без единого огня в миле от берега. Но прежде незнакомец проводил меня к тому месту (на мой взгляд, наименее удобному), где среди камней ждала шлюпка с двумя молчаливыми матросами. Я мог только удивляться, как этим двоим из команды мертвецов удалось пристать, не разбившись о скалы. Они были странно одеты, и лица их показались мне не менее странными при свете открывшейся луны. Но тогда я решил, что так даже лучше. Любой другой мир – реальный или воображаемый, населенный мистическими существами, – был предпочтительнее этого.

Матросы сели на весла, незнакомец, облик которого была не в состоянии воссоздать и луна, оттолкнул шлюпку от берега, и спустя несколько секунд его силуэт слился с тенями – но возможно, он от них и не отделялся. Во всяком случае, он дважды сдержал свое слово: во-первых, ничего не взял за свои «услуги», а во-вторых, я больше никогда его не видел.

Никто не встретил меня на борту. Я выбрал себе свободную каюту – примерно так же, как когда-то выбрал хижину на берегу. На корабле нет капитана – по крайней мере я не видел никого, кто годился бы на эту роль. Да и зачем капитан на судне, единственным грузом которого является проклятие, единственным пассажиром – неприкаянный странник, единственным портом назначения – конец вечности?

С тех пор продолжается мое безостановочное плавание. Я многократно обошел весь корабль, но всякий раз обнаруживаю незнакомые проходы и помещения, словно лабиринт в трюме непрерывно растет и меняется. Иногда меня одолевают видения – я вижу призраков различной степени плотности. Вероятно, это те, кто когда-либо побывал в числе пассажиров. Мне попадались на глаза нелепые фигуры в костюмах трехсотлетней давности, но, что гораздо страшнее, порой мой взгляд находит в этих растворенных кислотой времени субстанциях черты, которые, несомненно, принадлежат будущему.